Превышение скорости, посадочной массы и плохие навыки: что привело Superjet к пожару

Из текста переговоров диспетчера с пилотами сгоревшего после аварийной посадки в Шереметьево (SVO) самолёта Sukhoi Superjet 100 следует, что удар молнии не нанёс самолёту значительного ущерба, однако экипаж принял решение о возврате в аэропорт.

Об этом со ссылкой на «обнародованные данные речевого самописца» без приведения самих данных пишет 8 мая 2019 года Коммерсантъ:

Pan-Pan, Pan-Pan, Pan-Pan! Просим возврат. Потеря радиосвязи и самолет горит в молнии!

Денис Евдокимов, командир воздушного судна, выполнявшего рейс SU1492, через 14 минут после взлёта из аэропорта Шереметьево по резервному каналу связи на частоте 121,5 МГц

После этого заявления экипажу было предоставлено право на приоритетную аварийную посадку.

У вас только проблемы со связью?

диспетчер аэропорта

Связь и потеря автоматического управления.

Развитие

Порядок событий, по сведениям источника издания в группе по расследованию инцидента:

• Снижение происходило в штатном режиме — как по данным диспетчеров, так и по данным пилотов.
• От посадки с первой попытки Денис Евдокимов отказался («мы не готовы к заходу») и увёл самолёт на второй круг.
• Руководитель полётов запросил, сколько времени потребуется пилоту для выполнения маневра, но ответа не получил.
• Когда экипаж вывел самолёт на глиссаду (наклонную прямую траекторию посадки), диспетчер уточнил, как будет осуществляться посадка «с отказавшей автоматикой». Лётчик ответил, что по ILS — автоматической курсо-глиссадной системе; вероятно, не отказавшей.
• В течение этого времени диспетчер сообщал пилотам, с каким азимутом они должны лететь, на какую полосу садиться, какое удаление обеспечить до её торца и так далее. Таким образом, посадка происходила в штатном режиме.
• Перед касанием полосы диспетчер запросил помощь наземных служб аэропорта в буксировке самолёта по рулёжным дорожкам.
• Superjet коснулся поверхности с перелётом около одного километра и завышенными путевой (на 30 км/час) и вертикальной скоростями. Из-за превышения последней стойки шасси спружинили и привели к отскоку.
• В ответ на первый отскок пилоты не стабилизировали самолёт в посадочном положении, а — стараясь прижать нос к земле — вызвали повторение эффекта. Отскоки стали прогрессирующими, итого их оказалось четыре.
• Уже после второго, более высокого, отскока стойки шасси пробили топливный бак, керосин начал выливаться на двигатели и фюзеляж и почти сразу загорелся.

Финал

Сидевшие в хвостовой части самолёта пассажиры и 21-летний бортпроводник получили травмы из-за перегрузок и толчков, поэтому оперативно выбраться из горящего салона не смогли. Погиб 41 человек, смерть большинства из них наступила в результате отравления продуктами горения.

SSJ100 совершил посадку в 18:30. Тревога в аэропорту была объявлена в 18:31:

Первая пожарная машина оказалась рядом с лайнером уже через минуту. В течение последующих четырёх минут прибыло ещё шесть пожарных машин.

Евгений Дитрих, министр транспорта России

Испытания Superjet’а включали проверку на удары молнии: это не приводит к возгораниям самолёта и потере управления.

За время эксплуатации модели в неё уже попадали разряды атмосферного электричества, на работу машин это не повлияло.

Прямые испытания на посадку с превышением максимальной посадочной массы (MLW) не проводились, но ситуации предусмотрены руководством по лётной эксплуатации и моделируются на тренажёрах при обучении пилотов.

Инциденты с самолётами Аэрофлота после 2017 года